Изгои на Azodur, после долгих испытаний пристали к скалистому острову, за которым, по мнению Uriz должен был находиться вполне обитаемый остров. По пути корабль дважды налетел на пороги (коих было много), вследствии чего Azodur нуждался в ремонте. На полупустынном лугу два дня разбивался лагерь. За время странствия корабль стал немного известен среди как суккубов, так и Изгоев с континента, а значит, был ими иногда навещаем. Так вот, перед данными событиями на корабль прилетел некий алхимик (изгой), которому в тот же день была выделена каюта-лаборатория на самом нижнем ярусе (из 4х, не считая палубу). Гость еще до причаливания успел опробовать некоторые свои зелья на членах экипажа, а когда он с подручным гоблином открыл лавку в центре лагеря, его, в особенности, зелья с наркотическим эффектом возымели прибыльный спрос, особенно на празднике, когда был достроен (после недели строительства) Кровавый столб из красного камня (столб в ширину ~2,4м и в высоту ~9м, также при открытии был при толпе изгоев продемонстрирован огненный эффект из столба, подобно извержению огненного вулкана, который значительно поднял завоевательский дух Изгоев).
При поселении существовал небольшой пруд, кишащий (до прихода изгоев) диковинной рыбой. Многие изгои посчитали пруд священным и пришли к выводу, что водоем образовался из крови некого титана-изгоя, который своими шагами по океану создал острова.
Во время, когда работа была, но работать не хотелось, несколько необычайно суеверных изгоев сторожили рыбу в священном пруду, как вдруг рядом пробежало создание, внешне очень походящее на гоблина и прогремел взрыв, мощностью сравнимый с простонародным “корсаром”. Однако, изгои приняли рекламную акцию нового зелья как покушение на святыню. Впредь мелкие гоблиноподобные вредители звались раджами и считалось, что они пришли с данного острова и крадут вещи у порядочных граждан. Молва разошлась необычайно быстро и вскоре весь лагерь, включая элиту, хотя бы скептически, но уверовали в природу вредителей. Узнав о подобном, известный предприимчивостью алхимик (Кхаридж) запустил в продажу эффективные средства для борьбы с раджами (клубки травянистой нити, которые поджигались в палатке (где обычно жили от 3 до 5 изгоев) в специальной лампе, подвешенной к “потолку” жилища. Благодаря запугиванию неиспользующих продаваемые алхимиком средства (наш радж проникал в жилища и всячески вредил хозяевам, особенно данный метод был особо эффективен против строящих столб, обычно приходивших в дом уставшими) вскоре все в лагере от мала до велика часто тратили награбленное ранее на оборону временного места жительства от кражи. К тому же, дым сжигаемой в лампе горной травы пришелся по нраву как изгоям, так и многим другим. Во избежание дальнейших покушений, вокруг пруда были расставлены колья, которые, по мнению “воинов крови”, должны были оказывать пугающий эффект на вредителей. Позже Daruu в ходе опытов на экзотической рыбе (он тоже, помимо классической магии, давно практиковал среднюю алхимию) получил зелье, позволяющее (в больших количествах) давать воде багровые свойства. Как мы можем догадаться, было приготовлено достаточно данного эликсира и пруд был превращен в источник силы, в котором изгои могли излечивать раны и общаться с Ураджем. Растения, что успели прорасти вокруг благословленного водоема, теперь стали подобны изваяниям из красного камня, а дерево, которое успело вырасти за недолгое время, Дару легким движением клинков по жизни двоих своих шаманов, забрав их души, сделал верным своим слугой-древом, которое, подобно родному нашему баобабу спокойно росло в земле, набираясь яростных сил, однако в час воли Владыки, подобно элементалю из недр, вместе с корнями, словно яростное чудовище, порождение природы и крови, оно вырывалось из земли и опустошало поле боя.
Когда столб был достроен, вождь (он же и капитан, он же и пожиратель) принял решение двигаться дальше, хоть и с частично разбитым килем. На корабль в течение последующего дня были погружены любые ценные вещи, однако таковых было не много, ибо странствующие изгои предпочитают иметь носимые вещи, нежели по два-три сундука, которые на поле битвы не возьмешь. Возможно, это и есть одна из причин мобильности изгоев. Когда все необходимое было загружено в трюмы, массивный красный Азодур, хоть и с трудом одного паруса, но сдвинулся с берега. Урис вышел на палубу и подошел к толстому, но невысокому борту, который практически без проблем выдержал бы попадание каменного валуна… и колдун воззвал к силам, скрывающимся в любой материи и огненный шар, вспыхнувший около его руки, словно по водной глади, пронесся сквозь немногие воды, уже отделявшие корабль от берега и, пролетев сквозь деревянную постовую башню, обрушил со временем пожар на лагерь. Временный город сгорел до тла к некоторому времени, и отныне с моря можно было видеть только могучий памятник Владыке тел. По пути к суше, бедный корабль еще два раза налетал на торчащие из воды глыбы, вследствие чего трюмы с поражающей скоростью заполнялись водой. Урис позже обратил внимание на крен корабля, однако когда прочие изгои ему поверили, Азодур уже на треть нормы был ниже воды. Однако, позже изгоям удалось заколотить проходы между трюмами досками с основания башни, но корабль стал тяжелее из-за воды на нижнем ярусе и двигался медленнее. Прошло немало времени, и перед вышедшими на палубу войнами крови открылся раскинувшийся по водной глади далекий остров, на половину огибающий, по всей видимости, скалу, на которой странники высаживались и из-за которой они только что вышли. Многие были в нетерпении, ведь остров мог быть обитаем и изгои с удовольствием напились бы чужой крови.
В зале советов в то время находился капитан (Наррзоир) со своей свитой, как мы знаем, из двух таких же пожирателей. После долгих дебатов с Королевой Ночи о дальнейшей судьбе, весьма далекого наступления изгоев на некие земли он был не то, чтобы недоволен. Он был, скорее, готов сейчас же отрезать ей голову, но, к несчастью, суккубы умеют становиться невидимыми. Через несколько минут воздух перед капитаном заколебался, и перед ним предстал образ вождя Изгоев, как обычно выглядят предстающие перед кем-то образы. И теперь прозвучал тяжелый говор ужастного война.
• Слышал я, что твои войны направляются куда-то, так вот, - продолжил он - скоро нам понадобятся войны для похода, так что...
Далее он начал требовать, чтобы изгои развернули корабль и немедленно отправились в Харим. В противном случае кара будет для них всех неизбежна.
• Мы и так больше месяца шли в неизвестном направлении. - отвечал Наррзоир - а теперь мы должны за несколько дней вернуться назад? Даже по воле великого Ураджа это невыполнимый приказ!
Облик, спустя мнгновение исчез.
Изгои почувствовали, как их сила стремительно убывает. Не стало уже у них многой былой кровожадности, они не могли теперь воззвать к повелителю в час нужды, не стало больше крепости удара - от них ушла сила Ураджа. Однако, этим все не кончилось. Безмозглые (простыми словами - полу-зомби, воскрешенные некогда изгои), выполнявшие тяжелую работу на корабле, ринулись убивать своих хозяев, а несколько изгоев-рыб, которые ранее служили разведчиками по водным просторам, выпрыгнув на палубу корабля, забрали в морскую пучину стоявших рядом моряков. Так изгои узнали, что больше не имеют себе повелителя.
Алхимик, как было сказано ранее, остановившийся на корабле, немедля вылетел в небо на своем крылатом слуге прямо из трюма, где тот находился, однако массивная стрела, выпущенная по нему из баллисты на задней надстройке корабля, серьезно ранила его птицу, и теперь остается только молить Ураджу о том, чтобы “гость” долетел хотя бы до ближайшего островка. После подавления восстания Дару удалился в ту самую лабораторию, дабы изучить разработки прежнего владельца. Срочно был собран совет “правящей элиты” (как мы могли бы выразиться) из наиболее мыслящих на корабле. А конкретнее - Наррзоир, Эдарогур (командир), Урис, Дару и писарь. На совете было сделано заключение, что потери от последнего происшествия составили около 30 воинов.